На мое предложение поехать в Дагестан друзья отреагировали с сомнением. Уже потом, в Дагестане, я говорил с одним журналистом о том, что количество плохих новостей про Дагестан в федеральной прессе уже давно непропорционально больше, чем хороших. Для всех россиян Дагестан это рассадник терроризма, бандитизма, коррупции и чего там еще о нем в телевизоре показывают. Мы же забрались в самые укромные уголки Дагестана, не то что «Орел и решка», по верхам. И вот что получилось.
Нет, мы тоже, конечно, начали со вполне попсовых (но при этом очень красивых) бархана Сарыкум и Сулакского каньона. Сулакский каньон вообще самая массовая туристическая точка Дагестана. Он на самой первой фотографии. На фотографии выше вид с Гунибской крепости. А Сарыкум ниже, это пески, где снимался фильм «Белое солнце пустыни».
Дагестан вообще не избалован вниманием туристов. Даже не знаю, с чем сравнить. Когда я 10 лет назад путешествовал по труднодоступным горам Грузии в Тушети и Сванетии, мне кажется и тогда там было больше гостевых домов, хотя туристические тропки были абсолютно не протоптаны. В самых красивых местах Дагестана, в Кахибе, Митлиурибе, гостевые дома только появляются, люди не знают, как принять туристов и что им нужно. Даже отель в Гунибе весьма своеобразный, хотя это уже вполне отель. На входе надо снять обувь, пойти на ресепшен получить тапочки и в тапочках ходить по отелю. Люкс стоит 2000 рублей в сутки. Президентский номер не предусмотрен. Это все, что нужно знать про лучший отель в районе.:)
Но комфорт в этой поездке совсем не самое главное. Самое главное, пожалуй, даже не природа, хотя за ней мы сюда и приехали, а люди, которые нас принимали. Когда мы спускались на уазике с Гоцатля уже в ночи, мы подобрали уставшую пару туристов с их местным гидом, подвезли их до машины. За 10 минут совместной поездки их гид нас всех порядком выбесил. Он вел себя как самый противный дагестанец из всех этих скетчей камеди-клаба, ни на секунду не останавливался в своей самодовольной болтовне, в общем типичный оживший стереотип дагестанца в самом плохом исполнении. Ну вы понимаете, о чем я. Еще один противный тип встретился нам опять же в Гоцатле, на подъеме. Видимо, популярные туристические места привлекают такой сброд легким заработком и в отсутствии конкуренции даже их услугами кто-то пользуется.
Как же хорошо, что все остальные дагестанцы, встретившиеся нам на пути, а тем более сопровождавшие нас, оказались скромными, интеллигентными людьми с открытой душой и широким сердцем. Настоящие дети гор, какими я их себе представляю. Да, мы старались тщательно подбирать людей, которые будут нас сопровождать, но надо сказать, что и в глухих деревнях вдали от туристических троп мы встречали много людей, которые бросали свои дела и стремились помочь нам, что-то показать, затащить в дом и напоить чаем.
Там, где не было дорог, мы традиционно перемещались на лошадях. Какие бодрые в Дагестане лошади! Готовы целый день скакать по горам и постоянно рвутся в галоп. Картина маслом — мы подъезжаем к крошечной горной деревне, домов на 10, туда даже нет автодороги. Спешиваемся, потому что по местной традиции деревню надо пересекать пешком, ведя лошадь на поводу. Если ты не набег совершаешь, конечно же, а намерен просто мимо проехать. Такой местный язык жестов. Нам навстречу выходит старик, кажущийся нам невероятно древним. И говорит, прося гида нам перевести: «Вы первые туристы в нашей деревне, которых я вижу в своей жизни, добро пожаловать и в знак уважения к вам можете не спешиваться!» Мы все равно спешиваемся, конечно же. И между собой обсуждаем — сколько лет старцу, 120 или все 150… Вот они, знаменитые горские долгожители! Выглядит он невероятно старым, зубов нет, глаза впавшие и т.д., но при этом ходит на своих двоих довольно уверенно. Гид спрашивает его о возрасте и получает ответ — 62 года. Мы в шоке… Видимо, к горному воздуху еще что-то нужно для того, чтобы долго жить и хорошо выглядеть.
Поход на лошадях это не прогулка по манежу на пони. Вначале парни были бодры и веселы, а к обеденному привалу уже лежали бездыханные, вместо того, чтобы пить чай и любоваться красивыми видами вокруг. Да, кроме чая мы пьем специально привезенное из Осетии вино от Кости Дзитоева (неслучайно он восходящая звезда российского виноделия), а также местный кизлярский коньяк 15-ти лет. К нам подсаживается один сопровождающий и говорит: «Попейте лучше мой коньяк, мой вкуснее, он украден с того же кизлярского завода! У нас не принято в бутылках в магазине коньяк покупать вообще-то…»
Еще одно популярное у туристов место — «Тропа императора». Имеется ввиду император Александр II, который приехал в Дагестан вскоре после окончания кавказской войны и присоединения Дагестана. Это щель в скалах, по которой течет ручей. Надо забраться совсем далеко, куда уже не доходят туристы. Там можно знатно полазить по скалам.
Поднялись мы и на крепость Гуниб. Самый главный памятник кавказской войны. Именно здесь князю Баратынскому сдался имам Шамиль. Шамиль — самый знаменитый герой кавказских войн, о нем сложено много легенд, и поныне это национальный герой на Северном Кавказе, особенно в Дагестане. Именно на него дагестанцы ссылаются, когда хотят доказать, что они гораздо боевитее чеченцев. Одна из цитат, которую приписывают Шамилю, звучит так: «Кроме арабского я знаю три языка: с аварским я иду в бой, на кумыкском общаюсь с женщинами, на чеченском — шучу.» А самая популярная фраза у аварцев, приписываемая Шамилю: «Кто думает о последствиях, тот не герой!» Мы вообще пытались разобраться во всех хитросплетениях разных народов Дагестана, всех этих аварцев, даргинцев, лакцев, кумыков, лезгинов, чем они отличаются и какие между ними взаимоотношения. Вкратце — все непросто.
Вернемся к Шамилю. Это та самая неприступная крепость в Гунибе. Покорение Кавказа длилось 60 лет, а закончилось вот здесь. Шамиля приняли в плену со всем уважением. Он отправился с сыном в Москву, где посетил Большой театр, а потом в Санкт-Петербург, где встретился с императором. Потом он жил в Калуге, его сын стал офицером русской армии. Впрочем, другой сын, старший, еще раньше убежал в Турцию и там дослужился до маршала. Во время очередной русско-турецкой войны два брата могли оказаться по разную сторону баррикад, но император России не отпустил рвавшегося на фронт сына Шамиля. А сам Шамиль очень хотел отправиться на хадж в Мекку и в итоге, после 10 лет жизни в России, император его отпустил.
К тому времени Шамилю было уже 70 лет, в Турции и на арабском полуострове его встречали с почетом и как мусульманского героя. По слухам, в Мекке посмотреть на него пришло столько людей, что ему пришлось встать на священный камень Кааба и выступать с него. Говорят, это единственный раз, когда кому-то дозволялось так сделать. Возвращаясь с хаджа Шамиль умер и похоронен в Медине, другом священном городе. На фотографии выше я сижу на камне князя Баратынского. Князь дал Шамилю 2 часа и ждал его на этом камне, когда его уже обложили в Гунибе и поражение было неминуемо. Гид, рассказывавший о пленении Шамиля, очень витиевато пояснял как так вообще могло случиться, что такой герой сдался в плен.
Как сказал гид, Шамиль сдался, чтобы спасти свою семью и семьи близких людей. Большинство приближенных к нему горцев стали впоследствии офицерами, сформировали кавказский корпус, воевавший впоследствии на стороне русской армии и бывший очень эффективным. Вояки там были серьезные, за столько то лет натренировались. Русские казнили только 8 человек, русских же, воевавших на стороне Шамиля. Дело в том, что Россия в 19 веке была классической империей, солдаты были крепостными, служба практически пожизненной. Империя, фактически, силой своих рабов поглощала близлежащие народы.
На этом фоне Шамиль в глазах многих выглядел героем, который боролся за свободу, не только в глазах кавказцев. Вернее, там все смешалось. Шамиль жестоко расправлялся с народами Северного Кавказа, которые приняли уже российское подданство, даже если они были мусульманами. Он держал в страхе народы Кавказа и именно поэтому завоевание заняло так много времени. Он мог вырезать аул, который подчинился Империи. При этом, к Шамилю бежали русские солдаты, многие пленные соглашались воевать на его стороне. Шамиль очень хорошо обращался с пленными, жестко наказывал других за плохое обращение. А еще он был очень удачлив в бою, тактически грамотен и харизматичен. В общем, это немыслимо держаться против такой огромной машины, пусть даже с турецкой поддержкой, столько десятилетий.
Почему же он сдался, а не погиб в последней безумной атаке, как Евпатий Коловрат, например? Мне кажется, прав был гид, только он таким образом демонстрировал покорность не только семье, но и всему народу. Безумный герой ринулся бы в атаку, а государственный лидер, коим безусловно был Шамиль, должен был сражаться до последнего, но потом сдаться и получить эту милость победителя. Ему она была не так и нужна, наверное, но народу пришлась по душе. Сейчас дагестанцы так отвечают на вопрос, как им живется в составе России: «Мы в состав России попали не по доброй воли, добровольно из состава России тоже не выйдем!»
Наша лучшая прогулка состоялась на второй день, когда мы встретились с лошадьми у Митлиуриба, скакали по красивейшим местам, а когда спешились, спустились вниз к Старому Кахибу. Мы залезли наверх на башню и наслаждались этим невероятным днем, дыша полной грудью. К сожалению, Старый Кахиб постепенно разрушается, впрочем как и Гамсутль. Восстановили пока только башню, на которую мы поднимались, и то, как я понял, силами местных жителей. А так эти старые заброшенные деревни очень атмосферны. Если в Гамсутле довольно много местных посетителей, то в Старом Кахибе никого нет. Потому что добраться туда сложно. Мы там были на закате, уставшие и довольные.
Из Старого Кахиба мы спустились к Новому Кахибу, там нас ждала машина, из которой мы тащили вверх в гору метров 300 наши чемоданы на колесиках. Люди в Дагестане душевные, но закинуть чемоданы в гостевой дом, пока мы скачем по горам, не могут… В Кахибе у нас был запланирован барашек, его должны были приготовить на вертеле. Но что-то пошло не так. Вообще, в Дагестане часто что-то идет не так. Наш гид-организатор Дима (мы кстати взяли его из Москвы), делал сотню звонков в день, контролируя каждый элемент программы. И все равно косяки случались. Такой вот парадокс. Все эти люди с душой нараспашку готовы ради дорогого гостя на все, кроме того, что этот гость заказывал у них же за 2 недели до поездки…:)
В Кахибе был нежилой гостевой дом, это вообще никуда не годится. Туда пришли люди нас накормить и принять, но эта вот затхлость, не очень вкусный ужин, туалет на улице. Фу… В других местах, например в Гоцатле, хотя бы семьи принимали нас у себя дома, отсутствие комфорта компенсировалось душевной теплотой, видно было, что стараются угодить от души, как умеют. Случай на обеде: приехали пообедать к тете водителя Амира в родовое село Чох. Нас заводят на закрытую мансарду, там душновато, мы это сразу и говорим. Амир в попытке угодить нам бросается к окну, стараясь как можно быстрее его открыть настежь. В итоге от молодецкого напора вся рама улетает вниз со второго этажа прямо на дорогу. Хорошо, там никого не было. Потом мы 2 часа дороги слушали его переговоры со всеми друзьями в попытке организовать починку окна (безуспешные).
Завершать день мы должны были пикником на горе Маяк. Это господствующая высота, видная из всех сел, поэтому и Маяк. Если здесь развести большой костер, этот сигнал увидят все деревни в Гунибском районе. А еще это очень классное место для пикника, правда дорога туда закрыта. Но если на уазиках и гид из Росгвардии, то можно.
Я попросился за руль. Меня очень не хотели пускать, объясняя, что дорога опасная, управлять сложно и все такое. В итоге меня пустил парень Арсен на уазике 1983 года выпуска. Второй был гораздо новее, как раз его владелец был очень скептически настроен касательно моей способности проехать по такой дороге. В общем, я поехал за ним, он гнал, чтобы оторваться от меня и показать, насколько я безнадежен. (Дагестанцы вообще любят дух соперничества, а еще больше любят поставить на место выпендривающегося туриста) В общем, я сидел у него на хвосте и не отпускал, а в удобный момент вообще его обогнал, выскочив из колеи и проскакав по пересеченной местности, где был маленький участок не под 40 градусов в гору. Дальше я оторвался от него еще метров на 300. Когда тот парень приехал, он выглядел довольно смущенным. Наш гид Рашид сказал, что это первый обгон на дороге на Маяк, который он видел. Раньше даже местным не приходило в голову обгонять на этой дороге.
Да, надо рассказать про барашка. Организатор Дима сначала искал барашка, потом искал кто его зарежет, потом кто его привезет. Как оказалось, в Дагестане с этим непросто, кто бы мог подумать?! Как сейчас помню эти переговоры с таксистом и объяснение ему кого надо привезти, куда и зачем. В общем, привезли. Но в Кахибе не нашлось человека, который может приготовить барашка. В этих родовых селах живут в основном старики, молодежь вся в городах. В общем, с этого дня мы возили барашка вместе с нами в нашем не самом просторном микроавтобусе. Забегая вперед, сразу скажу, что барашка нам не смогли приготовить и в Гунибе, и когда у гидов уже зрел план закоптить его и отправить нам в Москву, мы решили его отдать в хорошие руки водителя Амира. И надо сказать, это была огромная ошибка. На Маяке мы видели много орлов, которые парили под нами в долине, вокруг нас, над нами. Если бы мы кинули им барашка, которого мы выдерживали в довольно теплой машине 3 дня, а еще и трясли по дагестанским так называемым горным дорогам (направлениям)? А?! Какие бы кадры мы крутые получили, и орлов бы порадовали! Но про орлов тогда я как-то не подумал. В общем, хорошая мысль пришла, когда уже барашек был вместе с Амиром в Махачкале. Или он поехал в Чох чинить окно? В любом случае, мы его отпустили накануне вечером.
Нам накрыли стол на самом краю, вокруг кружили орлы, а перед нами раскинулся невероятный гунибский район, который уже казался нам таким знакомым. Каждый год мы с друзьями едем в поездку, и даже ковид не мог нам помешать. Да, сократил кворум, но все равно, как же круто было отключиться от всего в Дагестане на эти 4 дня. У меня совершенно не ловил телефон, да я его и не брал в руки, вообще 4 дня не вспоминал о работе, жене, семье, ни о чем не вспоминал. Как же я перезагрузился во время этих опасных скачек по горам, лазания по заброшенным деревням, ночных посиделок в гостевых домах!
Каждую нашу поездку мы оцениваем по шкале Пира духа. На Маяке катарсис наступил невероятно быстро и масштабно, даже без алкоголя. Все же очень энергетическое место, просто фантастическое. Я обычно очень долго и тщательно планирую все детали поездки, сразу несколько человек, мнению которых я доверяю, посоветовали завершить поездку пикником на Маяке. И были чертовски правы! А как оттуда добираться 3,5 часа до аэропорта Махачкалы, да еще пересаживаясь с уазиков на другой, более скоростной вид транспорта? Мои парни настолько расслабились, кайфуя на Маяке, что, казалось бы, их не волновало, что до вылета нашего самолета в Москву остается 2,5 часа…
На самом деле уже потом они мне говорили: «А чего волноваться, мы знали, что ты что-нибудь придумал на этот счет. Мы просто расслаблялись!» Спасибо за доверие, конечно. Сулейман Керимов купил в конце 2019 года два новеньких вертолета и вот первый год как можно было договориться об их аренде. Опять же, летали они только между тремя вертолетными площадками Дагестана. Хорошо мне помог еще один супер-организатор поездок из Москвы Александр, мы смогли их уговорить посадить вертолет вне площадки, на Маяке. На самом деле до этого они не сажали вертолет в неавторизованных местах. На Алтае и Камчатке вообще где хочешь, там и садишься. На Маяке же это было точно первая посадка вертолета в истории!
Мы прилетели прямо в аэропорт Махачкалы и сели рядом с нашим самолетом, который отвез нас в Москву. Полет занял всего 40 минут, мы еще раз полюбовались шикарными видами. С нами попросился гид, говорит «никогда не летал, потом на перекладных обратно в Гуниб доберусь». У нас было место, взяли с собой. Для всех кроме меня это был первый полет на вертолете! (Нет, кроме меня и пилота) Приезжайте в Дагестан, это крутое место и крутые эмоции!
КОНЕЦ!
